Время боится пирамид. А чего боятся пирамиды? Пирамиды боятся туристов. Одного или двух не страшно, но здесь они тупо давят численностью. То есть хоть самую малость, но пирамиды боятся и меня.
А если время боится пирамид, а пирамиды боятся туристов, означает ли, что время боится туристов?
Однозначно.
Вообще, когда вам скажут, что Каир можно осмотреть за один день плюньте ему в лицо. Сделайте это за меня, ибо я не сделал в свое время по незнанию. Это не только другая страна, другой климат. Во Франции меня тоже нервировало зелень посреди зимы. Здесь же даже палитра другая. Везде где я был до этого (Казахстан, Россия, да и Европа) ничем принципиально в цветовом решении не отличались. Везде зелень. Здесь же необыкновенно синей цвет моря упирается в бледный, я бы даже сказал мертвецкий, желтый. Это пустыня.
При близком рассмотрении это бледноватый песок с краплениями известняковых камней. Что бы лучше представить, это похоже на промзону по добыче песка. Только промзона нехилая – эдак от горизонта до горизонта. Из-за песка там ничего не растет, но разница в том что, у нас как этот песок не трави, все равно через некоторое время там полезет какая трава, оглянуться не успеешь, а там уже бурьян по пояс. Всюду жизнь. Здесь же жизнь проиграла еще на этапе формирования климата на земле.
Когнитивный резонанс номер один. Почти во все окна здесь не застеклены. Казалось бы мелочь и умом понятно, а визуально выглядит как Сталинград образца где то 44 года, то есть освободили, восстановили, но жить пока некому. А между тем город кишит и бурлит.
Когнитивный резонанс номер два. Движение машин на улицах. Наверное, водители у них сдают не правила дорожного движения, а правила Броуновского движения. Хаотично в разных направлениях движутся машины, между которыми водородными радикалами мечутся пешеходы. Сборище непуганых игроков в GTA на воле. В прочем ничего опасного. Какие то правила все равно есть и к тому же все движение заторможено. Жара и климат не располагают к быстрой езде. Здесь вообще спешить не принято. В этой стране (хе-хе) быстро только темнеет.
Крокодилов на Ниле нет. Когда-то давно они были частью местной биосферы, но со времен пуска Ассуанской плотины, добираться до Каира им стало в лом. И даже появление аппетитных туристов из Европы и Азии мало повлияло на общую картину.



Это мечеть Мухаммеда Али. В отличие то своего полного американского тезки, он своим неприятелям морду не бил, а занимался, как бы это правильно, их комплексной нарезкой. Приглашал сразу всех на пир, после чего их всех аккуратно нарезали на несколько частей. Потомки его за неконституционные действа попрекали, но в то время победитель определял, что законно, а что нет. В целом это местный эквивалент Петра первого, так же был жесток, циничен и так же пинками кованых сапог вбивал свою страну в новое время. По большей части в смысле архитектуры он отметился в области фортификации, даже цитадель Салах Ад дина было частично перестроена, в рамках бастионов, но и частично оставил и такой, очень величественный след.
Чуть-чуть сведений из разряда их нравы.
Многоженство в Каире явление такое же редкое, как и в России, женщины работают наравне с мужчинами, в общем, нормальная картинка эпохи, когда мужчины злоупотребляют с косметикой, а женщины стероидами.
Некоторые женщины ходят с закрытыми лицами, некоторые покрытыми головами, некоторые без, какого либо однообразия я, честно говоря, не заметил. Гид сказал, что специально никто не следит, просто в разных семьях разные традиции. Паранджа это эквивалент строгого костюма. А непокрытая голова эквивалент зверской мини-юбки. Которая начинается гораздо позже, чем должна начинаться, а заканчивается там, где нормальным юбкам заканчиваться рано. Эпатаж по-египетски.
Коренное население здесь называют коптами. В отличие от пришлых арабов, они христиане, довольно таки близкие к православию. Живут они с арабами уже больше тысячи лет. Коптский язык практически вытеснен из обиходной речи арабским. Но сохранился, и используется в богослужениях. Именно по этому языку в свое время расшифровали египетскую письменность. То есть то народ, который эти самые пирамиды строил, не исчез, а прекрасно себя чувствует, и даже антропологически не сильно изменился. Наш гид, кстати, был коптом, так вот, если с него снять очки и напялить парик – вылитый фараон. Говорят, когда арабы завоевали Египет, они, тыкая пальцами в пирамиды, спрашивали «це шо таке?». А самое что ни на есть коренное население только пожимало плечами. Тут как с Шуриком, когда он после похмелья спрашивал у милиционера «а развалины, это что, тоже я?» Более того, само население Египта эти пирамиды побаивались, поскольку понятия не имели о том, кто это построил и зачем. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают, еще долгое время пирамиды служили источником стройматериала и оживляли местную экономику. В частности облицовка на всех трех пирамидах отсутствует, сохранилась только на самом кончике пирамиды Хефрена. Вот такая прикладная история. Сейчас, конечно копты знают о себе гораздо больше и с удовольствием делятся этими знаниями с туристами.



Пирамида Хефрена, и я в качестве масштабной фигурки.

На осмотр дается полтора часа и это есть большая подстава. Считайте сами, сторона пирамиды порядка двухсот метров. То есть просто, что бы обойти ее, надо пройти четырежды по двести метров - восемьсот метров. Три пирамиды – два километра четыреста метров. Пол часа, на то что бы просто обойти. А еще надо добавить время на спуск внутрь пирамиды. И, самое важное, время на то, что бы просто постоять, тупо пялясь, открыв рот. Такая арифметика.
Просто огромные. Абсолютно непохожи на все, что я когда либо видел. Вообще непохожи даже на создание рук человеческих. Даже не знаю, как их классифицировать. Пожалуй, в моем личном хит-параде того, что внушает, они прочно заняли первое место.
Кстати, о спуске внутрь пирамиды. Можно спуститься внутрь как пирамиды Хепса так и Хефрена. Отличаются они тем же чем морская свинка от крысы – пиаром. Потому спуститься в пирамиду Хеопса стоит раза в три дороже, чем в пирамиду Хефрена, а смотреть и там и там особо не на что. Ибо постарались потомки тех, кто эти самые пирамиды возвел, одно время там были храмы первых христиан. Стены там вычистили капитально. Хорошо народ с тех пор пообмельчал, могли и снести. Были прецеденты. А ситуация, когда цивилизация настолько слабеет, что даже сломать то, что построила, не может, вполне себе типична.
А спуск это конечно отдельная песня. Начинаешь понимать тех, кто считает, что пирамиды это создания инопланетного разума. Ибо спуск в пирамиду девяносто сантиметров в высоту, спускаться приходится согнувшись. И еще хорошо, что уже нашими современниками положены деревянные ступеньки из уважения к тому, что гомо все-таки еректус, и ходить скрюченным для него противоестественно. К тому же начинаешь обращать внимание на вещи, на которые раньше абсолютно не обращал внимания. Например, то, что все туристы, которые идут здесь почти непрерывным потоком, вдыхают нужный тебе кислород, а выдыхают совсем не нужный тебе углекислый газ. Моя клаустрофобия подняла голову, правда только поинтересовалась, правда ли я заплатил за вход свои кровные доллары. Но, в общем, ничего страшного нет, спуск и подъем там не вечен, а коридоры там вполне человеческие, в смысле рассчитаны на человека. Проход ведет в погребальную камеру и вентиляции (хехе), там можно полюбоваться на пустой саркофаг, ну или то, что от него осталось.



Одна голова хорошо, две лучше.

Сфинкс уже полностью раскопали, обнажив даже лапы. Правда, понятнее его происхождение от этого не стало, говорят даже совсем наоборот. Рядом там нехилый храмовый комплекс, вообще эти древние египтяне знали толк в пышных похоронах, так сказать не экономили. Даже наш дедушка Ленин, при всей схожести способов погребения, по сравнению со здешними традициями нервно курит в углу, хотя при жизни не курил.
Кажется, я понял, почему все, что построила Европейская цивилизация, никогда не сможет затмить эти казалось бы, довольно примитивно построенные здания, не здания, а вообще не пойми что. Причин множества. Приведу несколько:
В одной из вентиляционной шахте, совсем недавно обнаружена непонятная комната с дверьми. Куда они ведут непонятно.
У сфинкса довольно ярко выраженные негроидные черты. Почему он совсем не похож на копта непонятно.
Действительно ли сфинкс построили вместе с пирамидами или он гораздо старше? Тоже непонятно.
И главное: совсем непонятно как это все построено.
Вся причина в слове «непонятно». Любой, самый лучший детектив можно испортить, просто назвав в начале убийцу. Так в случае с Кельнским собором или Эйфелевой башней с ними просто все ясно, когда, кто, зачем. А здесь реальная тайна, которая заставляет человечество то видеть проделки инопланетян, то приписывать древним египтянам изобретение антигравитации. Хотя, по-моему, приписывать создание пирамид инопланетянам есть крайняя степень недооценки хитровыежености человека.
Помните анекдот, который в эпиграфе? Так вот, в реальности эта история имела продолжение. Бегемот покалечился. Но выжил, выздоровел, и сделал выводы из своих неудач. Стал прыгать с меньшей высоты, группироваться и так далее. А потом его достало прыгать. И говорят, что этот же бегемот вскоре стал героем другого анекдота, там, где он пускал в болоте пузыри и говорил «ща, все брошу, пойду всякой фигней заниматься»
Ссылка на египетские пирамиды: можно проследить как их начали строить, потом обнаглели, стали возводить все больше и больше, потом парочка из них рухнуло, затем научились, достигли пика, потом их достало, и они решили заняться чем то более полезным.
Если кто нить подумает, что все это про древних египтян, а совсем не про нас, то вот простой пример. Оперативная память компьютера Аполлона 11, побывавшего на Луне, измерялась в килобайтах, частота процессора в герцах. Сейчас у нас мегакомпьютеры, память измеряется гигами, частота в гигагерцах, а вот на Луну мы только время от времени смотрим, когда ясно. И слетать мы и сейчас сможем, только «Ща все брошу, пойду всякой фигней заниматься». Очень человеческая история, совсем не инопланетная. И довольно таки типичная.



Герои повествования: я, пирамида, сфинкс.

Кёльн. Полное его историческое имя звучит как «латинская Колония Клавдия алтаря Агриппины» Вот такое название. Первым его поселенцам, наверное, приходилось тяжело. «Дорогие латинская Колония Клавдия алтаря Агриппинычане», обращался его бургомистр к жителям. «Знаете ли вы, как пройти в «латинскую Колонию Клавдия алтаря Агриппины», спрашивал заблудившийся житель у случайного прохожего. Ах «латинская Колония Клавдия алтаря Агриппины», конечно знаю. Автора спасает копипаст, а жителям приходилось не сладко. И не смотря на все преимущество такого названия, (оно содержало не только имя крестной матери города Агриппины, но и так же имена его непосредственного мужа императора Клавдия, который и дал этому поселению статус колонии), время неумолимо сократило его название до простого Колония, в простонаречии Кельна.
Собственно Кельн. Находится на брегах Рейна, где может быть бывали вы, или блистали мой читатель, там некогда бывал и я, и хватит поэзии с меня. Когда Москву называют древней, жители Кёльна вежливо хихикают. Сам город когда-то находился только на левом берегу, там, где сейчас находится его старая часть. Река Рейн тогда отделяла цивилизацию от варварства. На одной стороне были форумы, термы и децимации по выходным. На другой было царство подведенный глаз и рваных колготок. Там жили готы.
Собственно древняя история представлена в Кельне романским музеем, который возвели по новейшим тенденциям прямо на месте обнаружения мозаики, а не как англичане с Парфеноном, выдиранием статуй прямо с корнем, что б им там до сих пор икалось. Музей хороший, других здесь не держат, однако на меня, 7 часов жизни которого осталось в Лувре, произвести впечатления не просто. То, что на меня не сколько произвело впечатления, скорее удивило:
1. Вкратце, как и с названием города, народ имел привычку все сокращать. В результате вроде и буквы знакомые, а прочитать большинство надписей невозможно. Сплошные «Пр», «Лег» и все такое.
2. Большинство счастливых обладателей надгробий бывшие легионеры, три четверти которых зовут Люциями. В современном мире психоаналитиков и то зовут разнообразнее.







Раз уж я взялся рассказывать о том что «внушает», то обойти в своем рассказе Кельнский собор нельзя. Ибо внушает. Сами по себе все готичекие соборы очень похожи друг на друга. В соседней Франции их достаточно много, и как говорится, видел один, считай что видел все. Один переходит в другой путем увеличения масштаба по всем трем пространственным направлениям. В случае Кельнского собора масштабирование конечно впечатляет. К тому же к увеличению масштаба по пространственным координатам прибавляется еще увеличение масштаба по оси времени. Ибо строительство Кельнского собора привнесла в обычное для нас слово «долгострой» понятия не побоюсь этого слово эпические.
Вкратце история такова:1248 году строительство началось. А далее строительство все более и более стало напоминать строительство коммунизма: в 50 годах 15 века прекратили возведения башен, а спустя век (Что я говорил о масштабах по оси времени!) 1560 году возведение окончательно встало. Вид, до которого его не достроили, можно понять по рисункам, но я уверен, что даже в недостроенном виде это уже внушало.



Спустя каких ни будь три века, 4 сентября 1842 году кайзер Вильгельм 4 заложил второй по счету первый камень (интересное выражение) в основание собора и возведение его продолжилось на другом техническом и экономическом уровне. Это, между прочим, сказалось, и уже в 1880 году Кельнский собор стал самым высоким зданием в мире. Однако времена были уже не те, высокими сооружениями кого-либо удивить было трудно. Спустя 4 года практичные американцы, вычленив из выражения «божье слово и сопромат» «божье слово» возвели свой вашингтонский монумент. А спустя еще пять лет в небо взметнулась Эйфелева башня. И если американцы возвели памятник Вашингтону, то в творение Ейфеля сопромат сидел на сопромате, и вообще вся башня была самым высоким в мире памятником сопромату.
То, что выгодно отличает Кельнский собор от остальных достопримечательностей Европы, так это положение. Всего метров 50 от вокзала. Никаких тебе долгих общений с бюро информаций, кропотливых изучения карт метро. Вышел и сразу он. Собор. Из-за этого я был в соборе в общей сложности 6 раз, причем в один день благодаря Диме Ролдугину даже два раза. Несколько раз я посещал его просто мимоходом, либо ожидая поезда.
Размер и масштаб впечатляют сразу. Если его проектировщики хотели произвести впечатление, то конечно им это удалось. А вот если задумывалось показать ничтожность человека перед господом, то тут в моем случае конечно полный провал. Наоборот, меня охватывает гордость, я бы даже сказал гордыня (первый по счету смертный грех, между прочим) за хитровыеженность человечества. Вот так.



Как я и говорил, все соборы похожи друг на друга. Две башни, большое помещение, кафедра. Отличие не очень сильное. Здесь надо отметить нет указателей типа «молится здесь», «смотреть сюда» как в Нотр Дамм. Наглые туристы шныряют везде, терпеливые католики терпят их с буддийским терпением. Сразу поворот на право на лестницу, что характерно лифтов нет. Дима рассказывал, что в Гамбурге есть собор, который американцы совсем не гуманитарно разбомбили, зато пристроили удобный лифт. При зрелом размышлении ну его нафиг. Пусть будет историчная целостность и развитый опорно-двигательный аппарат. Первая ступенька, а над тобой сто с лишним метров пыхтящих и потных туристов. Кстати именно так, на трех элементах - своих двоих и христианском терпении поднимались наши предки. И ходили там много - ступеньки стоптаны по хорошей гауссовой функцией.



Первая остановка – колокольня. Можно полюбоваться на довольно приличный по размерам колокол, пусть злые языки и говорят что царь колокол крупнее. Этот хоть и не имеет титула, зато вполне себе звонит. Там же можно сделать круг почета вокруг него, заодно полюбоваться на большое скопление ритуальных надписей, которые современники ошибочно относят к племени вандалов. Заметим, что колокол имеет осевую симметрию и со всех сторон выглядит одинаково.
Далее большое помещение и уже вполне современная лестница ведет на обзорную площадку. А там… А там надо смотреть…



А вот обзор города там хуже, чем с Эйфелевой башни. Задумывалось все это во времена, когда туризм был не то, что бы не развит… просто туристов было гораздо меньше, зато их гораздо чаще ели. Развитию туризма это все не способствовало, поэтому и обзорная площадка на них не рассчитывалась. Обзор перекрывается, да еще эта чертова решетка, которая не только следит, что бы ничего с площадки не вывалилось, но (эта уже особенность Кельнского собора) что бы ничего туда не рухнуло. Потому что над обзорной площадкой высится еще метров сорок шпиль, а около самого собора есть специальное ведомство, которое следит за тем, что бы это сооружение чего доброго не рухнуло. Хитрые немцы придумали легенду, согласно которой город Кельн будет процветать, пока строится собор. Вот и до сих пор они достраивают его, теперь уже по мере разрушения. А в реальности проектировали все это дело во времена, когда гораздо больше наделись на божью помощь. Вот и весь секрет благополучия славного города Кельна.







А вот то, что безусловно роднит его с Эйфелевой башней это то, что собор совсем не похож на город, символом которого является. Вообще собор напоминает скорее скалу посреди города. Настолько огромную, что ее не смогли снести, да так посреди города и оставили. У меня мозг напрочь отказывался поверить, что тоже человечество, которое создало канализацию, программный пакет Матлаб, и еще кучу других очень практичных вещей, могло создать такое. Здесь не то, что каждая фигурка, каждый выступ вытесан с таким терпением, ну совсем это на человека не похоже. А Кельн совсем другой, здесь вообще большая напряженка со зданиями, датируемых раньше сороковых годов прошлого столетия. По одной простой и грустной причине.



Эти самые грустные времена собор пережил в почти гордом одиночестве. Немцы верили, что сам бог защищает собор от американских бомб. Американцы говорили, что специально старались не бомбить собор, так как он был прекрасным ориентиром. Но, зная точность бомбометания тогда, я бы все-таки божью волю так уж сразу не отметал. Может он тоже гордился хитровыеженостью человечества?







Написано все это было уже давно, просто я и славный народ Казахстана во всяких Жжах был забанен, все это хозяйство некоторое время просто лежало на ноуте. Теперь я не то, что бы разбанен, но, оказывается, есть способы постить. Читать свои старые записи мне интересно даже сейчас, как не странно, так что пусть будет о чем вспомнить.
Да, и да здравствует Дмитрий Ролдугин, имаджинальный спонсор нашего путешествия (В смысле фото его).

Не смешно? Зато про войну.
Не смешное расхожее выражение эпохи начала смутного времени

Кому игра - кому маневры. Кому кружева и гламур, кому грязь покалено и служба. Сразу скажу, игра как не крути, для меня удалась, то, что запланировал, то сделал, в чем хотел, поучаствовал. Ланиспорт брал, под Харенхолом вонзался, по лесам с арбалетом поныкался, В общем и целом пораженческие (типа провал, не удалось) настроения своих товарищей не разделяю.

Слово пихота происходит от глагола пихаться.
Бывает так, что кто то пихаться не может (али сил не хватает, али скилов каких )
а только толкается.Отсюдова значит слово толчек и пошло.
Занимательная этимология пехотных обиходных выражений в
восьми томах. Цитата дана по отцензуреному варианту на 4 страницах

Игра для меня и еще процента 40 бронемишек была про войну. Причем, что занимательно не только тактические поединки (так сказать скирмиш левел) но и на стратегическом уровне. Отряды надо кормить, поить воспитывать, навешивать на них свои отличительные знаки. А не то они превращаются в толпу. Отряд перед толпой имеет ряд преимуществ, например толпа в бою с отрядом имеет один хит. Потому здесь нужны не только тупые рубаки, но и полководцы, которые склоняются над картой с ластиками, тщательно стирая с карты тактическое обозначение наших взводов и рот. Ибо взводов много, а карта одна.
Особенность вторая, все крепости, которые надо брать или оборонять, надо строить самим. Как и в реальной жизни строили мы их 4 дня, а играли 2. Опять же, как в жизни крепости делятся на те, которые не пригождаются, и те которые не спасают. Наша крепость (слово "наша" надо произносить с придыханием) была, возможно, самой продвинутой на полигоне, потому что была квазибастионного типа, фактически обогнала свое время веков эдак на 3-4. Понятное дело, где-то в стенах этой крепости есть гвозди с моим именем. Хотя больше всего я горжусь лавкой в таверне "Дынька". Если бы эта лавка была воротами, думаю, ей бы хитов 300 дали точно. Сработано как учили: жестко и надежно.

После сжигания деревни первым делом пехота портит девок.
Отсюда и пошло выражение "пожар страсти"
Из не опубликованных (от греха подальше)
диалогов Араша с адьютантом Бриндона Талли (имя не сохранилось).

Зато я понял, почему мне не вставляло на пластиковой части на маневрах. Мне не хватало ощущения того, что та победа, которую мы неприметно одержим,  реально на что-то повлияет. На маневрах эта победа обратится в маленькую единичку, которая прибавится к общему счету к цифре, которая справа. Как можно нормально воевать за какую-то единичку в счете. Другое дело здесь, когда кто-то из Ланистеров вызывал Роба Старка на поединок, а мы ему кричали " А ты [censored] Эдарда Старка тоже на поединок вызывал?" Абсолютная кристальная ясность, за что воюем необходима. Впрочем, как и в жизни.
Безхитовка на стали этого недостатка лишена - когда на тебя бежит веселый парень с блестящими глазами, в коих читается намеренье если тебя не убить тебя сразу, то сделать тебе очень плохо. А в руках его инструмент, глядя на который понимаешь - это у него получится. Цель соответственно проста - пережить этого парня, а заодно и всех его товарищей, с не менее блестящими глазами и не менее впечатляющими инструментами.

Существует расхожее заблуждение, что у благородного человека пламенное сердце.
 К счастью у рядового пехотинца на поле боя есть много возможностей и
соответствующих инструментов что бы заглянуть
во внутрь самых благородных особ. На основании этого можно смело заявить,
там такое же сердце как у и простого пехотинца, правда в меньшей степени
изъеденное сифилисом и некачественным алкоголем
"Прое[censored]ные победы". Специальная редакция "Утерянных побед"
Тайвина Ланистера для сержантского и унтерофицерского состава.

Зато у меня впервые появилась возможность прочувствовать обратную сторону "сухо и некаплет"-тяжелого доспеха. После первого рейда в разведку до Харенхола я думал я скончаюсь на месте. Ходить в этой тяжести казалось каким то мазохизмом. Однако после рейда на крепость кайсы (когда погибло 2 человека, один из которых тупо надорвался) жизнь и доспехи  уже не казалась такими невыносимыми. А во время взятия Харенхола произошло мелкое событие - какие то перцы рванули через стену, а нас понятное дело отправили это место прикрывать. Но этот мелкий инцидент теряется на фоне более значимого события - я в доспехах бегал. Вот так - нет таких крепостей которые не взяли бы большевики Талли и Старки, а если эту крепость они не взяли, то это только потому, что она им нафиг не нужна.

Вечно мы жить не собираемся, но подольше бы хотелось
Еще более неизвестный солдат в кустах. Имя не сохранилось. Ну и слава богу

Ну и напоследок, что не понравилась. Не то, что бы не понравилось, скорее расстроило - это то, что я был завтраком, обедом и ужином для полчищ комаров и слепней. Мною так давно вкусно не лакомились. Обидно, вроде и в космос летаем и надпись обидную наноразмера на заборе написать можем, а коричневую жужжащую угрозу непосредственно над нашими головами победить не можем.
Второе что напрягло это страшный мат и рык на боевке по любому поводу и без повода. То стрела не по баллистической траектории полетела, то шлем при ударе не такой звук издает как надо.  Сказали тебе сядь, так сядь и замолкни, нет каждый права качает. Мастера теряют голос и нервы, мы просто нервы, а самое главное в результате этих пикировок такой пшик, что и говорить не приходится. Елы палы, неужели это только одного меня напрягает?
В общем и целом 99 из 100. Один процент на срач с мастерами, реально не понравилось. Даже бесплотные хождения по тяллям к старкам меня морально не напрягали - как говорится хотелось тяжелой солдатской судьбы - получите и распишитесь (пробейтесь и сдохните)

И таки да, мы любим свою работу.
Из не опубликованных (от греха подальше)
диалогов Араша с адъютантом Бриндона Талли (имя не сохранилось).

Ну и традиционно: Все фигня кроме Талей и Старков. Талли и Старки тоже фигня. Но их много.

Как то так :)

 

 

 

 

Если и говорить о новых исследованиях на благо славного народа Кахахстана, то Германия, куда приводят нас  события, ничем принципеально от Франции не отличается. Возможно это связано с тем, что Юлих, где я двигаю вперед немецку науку, не так уж и далеко от Франции. А возможно потому что Нанси, город где я двигал вперед французкую науку не так уж далеко от Германии.  Сут та же – суета по собботам и полное запустение по воскресениям. Только здесь тебя называют Хером, а тебе ниherrа не обидно. Тут не старых зданий – война прошлась здесь очень конкретно. С другой стороны границы , во франции прекрасно справились и без союзных бомбежек – бульдозерами и кранами. Не стоит забывать что мы живем в век железобетонных конструкций и гибсокартоновых перекрытий.

По этому спешить не будем, пока подобьем итог по странствиям по стране франков (сейчас евро).

На этот экспонат я наткнулся в ходе своего блуждания по бесконечным коридорам Лувра.  Мумия вполне адекватная, лежит в витрине с микроклиматом, правда если действительно египтяне всю свою жизнь готовили себя к вечности, возникает вопрос, готовил ли этот индивидуум, с удаленным по методу Ктулу мозгом и упакованый в аккуратные матерчатые полосы к чему нить такому. Готовился ли он стать частью истории в виде экспоната?Чуть севернее от Лувра находится дом Инвалидов. Сейчас инвалидов там нет, зато там сейчас музей армии. Музей не плохой, и, скажем прямо, других в Париже не держат. Ходе блужданий по этому музею я наткнулся на пушку где-то середины 19 века. Пушка как пушка, тут такими целый двор выложен. Особена она тем, что на ней есть русская хулиганская надпись типа «здесь был Вася», коими париж просто переполнен, кстати не толко русскими. Особеность этой надписи это место и дата: Берлин 1945 год. Какими судбами это пушка из берлина попала в Париж, мне не известно. Однако надпись выражает не просто восторг по поводу того, что некоторый индивидум был здесь, но 4 года боев, и самую величайшую победу в истории. Эта надпись теперь такая же часть истории как и сама пушка. Первый экспонат-  хороший пример того, как в историю попадают. Второй – как в нее входят.

Ну это была прискаска, собтвено рассказ будет о музее армии в париже, а точнее о колекции этого музея различных средневековых доспехов и вооружения.Скажем так, по итогам грабежа этого музея можно нехилый историчкий фестиваль замутить… нетематический. Есть целый зал, где доспехт просто навалены вкучу. Как не крути, а если родина скажет надо  музей не напрягаясь может оснастить рейтарский полк. При входе нас встречают вот такие солидные товарищи на лошадях:
Вообще сам музей это собрание подарков коронованым особам. 99 и 9 десятых процента датируется поздним средневековьем (ренесансом) Подарок в виде доспеха, это что то вроде ежедневника сейчас: дарили их очеь часто. Но поскольку дарили их не кому нибудь, а коронованным особам, то доспехи, вещи сугубо утилитарные, эти были не простыми. На языке сегоднящней молодежи они были «прокачены». Ближайшая к нам анология это машины репера фифтисенста, которые не только ездят, но и отдичаются наличием хромированых колес, джакузи, и мониторах в везде, куда только можно воткнуть. Понятное дело дело без хромированых колес машина ездить хуже не станет (а без джакузи даже лучше) . Только тогда это уже не будут машины репера фифтисентса.

Поскольку доспехи предназначались  для того, что бы смотреть на битвы с холма, попивая вино и говоря исторические фразы. Едва ли их можно назвать боевыми. Для них придумано слово «парадные»

Еше читая Дж.  Мартина о играх огня и льда, мне трудно было представить шлем в виде к примеру собачей головы. Здесь воображение модет отдохнуть: за него поработали средневековые мастрера. На шлемах тут изображали даже целые истории, правда непонятно о чем они.

Вот я уже не помню кто там носил шлем в виде лвинной головы. Ланнистеры?

Цветочный рыцарь (конопляного образа, хе)

На востоке тоже в это время не бездействовали. Вот, солидный товарищ на солидной лощади. Бахтерицевый доспех, я помню сколько весила бахтерецевая перчатка, здесь этих металалома на 300-400 перчаток... Это какую же силу надо было иметь рыцарю между ног... я имею в виду лошадь, что бы она таскала не только дядю в железе, но и весь этот ходячий пункт сбора металолома. Тем не менее, надпись гласит, что имено в этих доспехах египетские мамлюки показывали своим соседям преимущества прогрессивного способа комплектования войска из рабов над феодальным ополчением.

Коллекция щлемов, слева моррионы (обычно пехотные шлема), справа два бургиньота, один даже с горжетом. Эти щлема защищали светлые головы своих счастливых обладателей по всей европе, от суровых иберийцах на западе до диких русских в бескрайних российских лесов на востоке.

Япония представлена всякими до-марами оероями с кабутами в обнимку с нодачами и  танагасимами. Но мне больше всего запомнился конский доспех, точнее конский шлем. Вот это я понимаю психическая атака «матросы на зебрах». Шлем изображал дракона, притом выполнен столь художествено, что кажется можно выражение лица разобрать. На западе делали шлема гораздо более напоминающие ...шлема, на востокепо-видимому такими формальностями не заморачивались. Датируется периодом Эдо, то есть в бою не использовались. Может и к лучшему.

Турнирные доспехи в европе это отдельная песня. Хорошая иллюстрация того, что любой спорт рано или поздно будет жестоко оптимизироватся под правила. Отличить их от боевых доспехах не представляет труда, махать руками там нелзя даже в виде недокументированой функции. Шлем наглухо прикручен к плечам и законтрогаен. В общем, народ подходил к вопросам безопастности комплексно. Туда же нехитрые механизмы, «вам остается только нажать кнопку» в смысле направить копье. Иллюстрация прогресса однако, и еще того,что ничего нового под луной. Лень так и осталась как двигателем прогресса, там и ее тормозом.

Воевать в таких это потакать всякиму неодоспешенному сброду, который сначала завалит тебя, а потом долго и нудно будет ковырятся мизерикордом у тебя в глазнице в поисках мозга. А как же иначе. Мозг у военных очень важный орган. Поэтому он очень маленький и спрятан в самом неожиданом месте. В конце концов тебя сдадут на металолом и ты станешь иголками и кастрюлями. Одно утещение – иголок их тебя получится много.

Собствено так плавно и не навясчего мы подходим к тому, чем народ из этих доспехах выколупывать. Здесь, как и в любом деле, которое касалось целостности кожных покровов индивидуума, в просторечии «своей шкуры», человечество проявило нехилую смекалку и хитровыеженость.Далее по пунктам:

Биденхандеры – иначе двуручники. Вдвух вариантах – подарочно декоративной (сверху), и кроваво шинкующих (снизу). Все моего любимого размера – почти с меня. Кстати, слева двуручный фальшион.

Анелас (воловий язык). Исполнение понятное дело подарочно- декоративное. Между прочим, достаточно практичное оружие простолюдинов. И если применять ту же аналогию с прокачеными тачками репера фифтсентса, то это прокаченая «Ока». Которая приобрела обязательную для машин репера фифтиссентса джакузи, но сохранила двуциленроый двигатель и стикер на заднем стекле «Спешишь? Перепрыгни!»

Шпаги, даги и прочие атребуты благородных разборок и стрелок. Что бы ни у кого не сложилось неправиьного впечатления, по размеру раза в полтора больше, чем показывают в кино, и раза в два больше, чем используем мы на тернировках. То есть конкретные дрыны отнють не для точечной работы.

Комбинированое оружие. Наиболее подлый способ умерщвления противника, противник умерает не только в страшных мучениях, а еще и в непонятках. Вроде должны были зарезать, а почемуто пристрелили. И наоборот. Можно противника зарезать. Можно пристрелить. Можно пристрелить, потом зарезать. Можно разрезать противнику живот и пристрелить выпавшие оттуда кишки. В общем нет предела фантазии. Собствено этот  вид вооружения переходный перед следующей главой нашего повествования.

 Далее я помолчю.

За меня будут говорить ружья

О как.

На всякий случай поясню. Сверху фитильная аркебуза, близкая к тем, что применялись в боевых дейсвтиях. Далее ниже различной степени прокачености аркебузы с колесцовыми замками.

Как не страно, большую часть колекции огнестрела занимают различные эксперименты человеческого разума над проблемой как бы стрелять чаще, стрелять точнее, и очень важной тогда проблемой «Противник весь в железе. Что делать?». Заметим, большая часть проблем так и осталась в виде идей – реализовать не позволял тогдащний уровень промышлености. Поэтому поводу никто не парился – по большей части даже запальные отверстия не сверлили. А зачем? Все равно не стреляет. Зато как выглядит.

Собствено «змей горыныч», трехстволка. Средний ствол не имеет ни замка, ни даже запального отверстия. Наверное стрелять по пехотным терциям очень удобно, даже ствол не надо поворачивать. Если бы они еще в ответ не стреляли....

Славный предок револьвера кольта. Как говорилось когдато «бог сотворил людей неравными и только мистер Кольт уровнял всех в правах». От себя добавлю, что счастливые обладатели кольтов были все-таки несколько равнее, чем остальные. Непонятно, стрелял ли он, или это сложная механическая игрушка.

Единство и борьба противоположности: сверху девай для защиты дамской чести, снизу для охоты на более крупного зверя.

Как говорил Зигмунд Фрейд, «чаще всего длина ствола у оружия это просто длина ствола». Около дан обычний мушкет в качестве сравнения. Зашищать дамскую честь такими дрынами... Хотя конечно есть женшины в русских селениях, те ктороые слонов на скаку останавливают. Но с такими прекрасно справляется баталионная артилерия. Поэтому такие девайсы так и не прижелись в армии. Да, зашита дамской чести это не простое занятие.

Снизу все понятно, это для охоты на более крупных зверей. Процесс охоты не так и прост, надо приготовить ужин, наложить боевой окрас (не переборщить с румянами), тогда этот зверь раслабится и выползет из панциря собствено этот девайс и применялся.

Как то так. Надеюсь я ничего не перепутал. 

Есть интересное расхожое заблуждение: англичане чопрны, французы любвиобильны, итальянцы эмоциональны, немцы педантичны. Это не то чтобы заблуждение, просто такая легенда. Конечно не все, что творит людская молва ложь, просто она имеет тенденцию утрировать и завышать. Я теперь могу похвастатся достаточным количеством знакомых выщеуказаных национальностей и имею даже некоторую статистику. Достаточная статистическая база и осутсвие работы -  равно бессмысленное и беспощадное исследование . И что в итоге?

Фигня все. Кроме пчел, они тоже фигня, но их много. Ни один из моих коработников англичан не обладал даже признаками чепорности. И еще бы, Великобритания – родина панк-рока. Французы, у меня по понятным причинам на них наиболее представительная база данных, если и любвиобильны, то они это чательно скрывают. И тд и тп, и вообше все мои знакомые европейцы похожи на физтехов, разной степени возмужалости и наглости, при этом, ну хоть убейте никаких корреляций с национальной принадлежностью я не обнаружил. Казалось бы миф развенчан?

Однако!

Мы все общаемся между собой на английском языке. И понятное дело гуманитариев среди нас нема, и понятное дело много раз мы натыкаемся на бедность словарного запаса. Здесь начинается интересное:

Английский на котором мы говорим это не совсем английский. Это ломаный английский, который с английским академическим связывают только общие слова. Граматика (какая уж там граматика) при таком пестром разнообразии родных языков увы, гибнет первой. Кто то думает, что англичанам повезло, что имено английский язык стал языком международного общения. А я думаю, они слушают и матерятся про себя на то, что мы сотворили с языком Шекспира. (они наш албанский не слышали, ага). Из всей пестрой компании здесь они понимают его хуже всего, более того, когда они говорят их мало кто понимает.  Вот такой парадокс.

Ну так вот, англичане. Не зависимости от темперамента они точно уверены, что если повторить незнакомое тебе слова два раза и медленно, то ты все равно его поймешь, даже если английский не занаешь вообще. Обычно англичанин повторяет слово несколько раз, и терпеливо, я бы сказал даже чопорно ждет от меня ответной реакции. Ага.

Итальянцы, совсем другое дело. Встретив непонимание, у него включается язык жестов. Он умудряется рисовать в воздухе довольно сложные схемы и графики. Жесты к сожалению не всегда информативны, к тому же руки просто мелькают в воздухе, рисуя уже следущую схему, когда у меня и предыдушая не сохранилась. Тем не менее, жесты действительно выразительные, и действительно, часто помогают.

Французы. Они все выражают глазами. Увеличивая и уменьшая их размер они как то сигнализируют тебе, пытаются передать тебе какое то тайное знание. Я прекрасно понимаю, что значит сказать без слов. Ибо выразить чувство получается на раз, но передать какую либо техническую информацию размером и выражением глаз очень сложно. Разве что размер гайки показать...

Кстати, знаете как здесь называют вязаную шапку типа плевок?

Не, лучше так: Микола, знаишь як французи нашу шапку типа плевок, или презерватив пользованный называют?

Як?

Аксесуар! (Серьезно, на бирке так и написано).

Поубивав бы, конечно. Хотя, кому и презерватив аксесуар.

Но не суть важно

Ну и последние немцы. Никаких движений, никаких жестов. Тупо находит слово которое ты не понимаешь, затем, по специальной программе, записаной в голове каждого немца ищется ближайший синоним или близкое по значению слово. Если положитнлной реакции не наступает, ищется следуюшее и так влоть до положительного эффекта. Нудно и педантично. Причем Мик (это мой знакомый немец) нифига не педант, он довольно приличный раздолбай. Но это касается почти всех. Ибо молодость, и гуманитарный факультет в непосредственной близости. Ах да. И миниюбки посреди зимы.

Интересный вопрос, где в этой классификации мы, как мы выглядим с их точки зрения?

Какой надо сделать вывод?

Ботать английский еще усерднее, ибо местами просто позор, вот и весь вывод.

А остальное фигня.

Ибо все фигня. Кроме пчел. Они тоже фигня, но их много.

Если петербург это колыбель революции, то париж тогда роддом. Или бокс для новорожленных. Имено здесь этот младенец издал первый крик, требовал сам не понимая чего. На ноге бирка с условной датой рождения: 14 июля 1789 год.  Дата – это день взятия бастилии, крепость, которую злобные французы сразу же как взяли тут же сровняли с землей, совсем не думая о будующем развитии туризма во франции.  И все это под до жути равномерный стук работающей гильотины.

Выщел я из дома в 7 часов утра, расчитывая добраться до городу до Парижу часов за 3-4. Действительность превзашла все мои ожидания. оказывается ничего окромя скоростного поезда между Нанси и Парижем не ходит. Скоростные поезда тоже не ходят. Они носятся. Другово слова я не могу подобрать.

Сам поезд напоминает утку, которую в угоду оптикаемости сплющили и вытянули. Суда по выражению морды лица, ей это не понравилось, можно убедится посмотрев на фото. От того с какой быстротой проносятся ландшафты за окном, захватывает дух. При этом трясучка гораздо меньше чем на родных и глубоко доставших за десять лет поездок железных дорог. Как это им удается? Неужели тупо лучше строят?

Продукт прогресса, он же полтора часа до парижа

В обшем приьбыл я в Париж в 9 часов утра. Как я говорил, вся Франция воскресение утра похмеляется, поэтомуулицы были пустынны. Париж меня встретил совсем летней погодой. Светило парижское солнце, дул парижский ветер, стояла вполне парижская погода. Некоторое время я безцельно бродил по городу, во первых что бы осмотрется, во вторых потому что тупо заблудился. Поэтому и осмотр достопримечательностей парижа я начал с творения инженера Густова Эйфеля, ее то как раз видно почти отовсюду.

Ориентируясь таким образом я вышел на марсово поле, которое благодаря отсутвию асфальта действительно напоминает поле. И отсутсвие асфальта не самое страное Полное отсутсвие людей, кроме бегущих трусцой спортсменов, вообще никого нет. В купе с травкой на газоне  мне это напомнило уменьшенную копию главной улицы советского села колхоза «рассвет» образца «заката» социализма. Почище, конечно, эдок на на порядок. Там, где главная улица упирается в сельсовет находится героиня нашего рассказа. Эйфелева башня.

Марсово поле. Пасторальный пейзаж и школьники (поют)

По мере приближения все таки проникаешся масштабом задумки авторов. Приближаешся, а она все увеличивается и увеличивается. Наконец я достиг ее, а точнее достиг одной из ее опор. И первая же страность, во вход в одну из опор стояла грамадная очередь (очередь! воскресение! 9 утра!), а около второй стояла маленькая толпа человек 30. Хотя я и почувствовал подвох, я все таки устремился ко второй, ибо не люблю большие шумные кампании и ждать, а все это одновремено ненавижу вдвойне. Понятное дело очередь была на лифт, я я поднимался по лестнеце. Однако вперед, пока мы молоды. Или почти молоды.

 

Вид на опору с лестницами, лифт правее.

 

Как бы это сказать. Лестница была что называется «служебная» никаким макаром лестницу символа Парижа и Франции не напоминает. Аскетичная, обнесена решеткой, походит скорее на лестницу в цехах завода. Тут и там развешаны плакаты о истории башни, что бы народ, за всей этой обыденостью не забыл, что он подымается на символ Франции. Например там сообщается, что здесь был даже мототриал! Впечатляет, хотя думаю что пешком, что на мотоцикле подъем по лестницам это однообразное занятие. Я не фанат. Я вообще не фанат больших растояний, которые надо пробегать. Но не суть. Главное, прямо с лестницы можно наблюдать как Париж уменьшается в размерах, а люди на улицах становятся малюсенькими. Это выгодно отличает ее от лестницы например Триумфальной арки, все пролеты одинаковы, и абсолютно не понятно, толи ты почти поднялся, толи это вообще лестница в небо. Да, пожалуй было ощущение, что не башня большая, она то как раз инрушечная. Просто я сам маленький, ручки и ножки у меня маленькие, и каждый гигант норовит обидеть.

Ручки ножки у меня маленькие, но упорства не занимать: с небольшим перекуром на высоте 91.13 метров (первый уровень) и немало запыхавшись я поднялся на второй уровень на высоте не много не мало а 149.23 метра. Была идея подниматся по лестнеце на самый верх, однако администрация подобного рода БДСМ услуг не предоставляет. Пришлось как все смертные становится в очередь на лифт.

Французы молодцы, в них нет надмености к по отношению к простому зеваке. На том же МАКСе, все отгородились заборами от зрителей, а чуткие французы поставили оградки около своих «Миражей» так, что бы они повторяли контур самолета. Так и подойти можно почти вплотную, и отвентить ничего не удастся (таки военная техника). Здесь тоже самое, очередь проходит по обзорной площадке, так что стоишь и одновременно любуешся красотами Парижа. Как говорится, респект и уважуха пацанам из Франции.

Такого смешения языков я не наблюдал нигде. Испанский, немецкий, польский и еще не понятно какой. Помоему самым не распространенным языком там был французкий. Вот какая то мамаша распекает своего малыша, навевая воспоминания о старых советских фильмах про войну. Все таки немецкий хорош для отдачи приказов.

Это Вавилонское столповорение, после смешения языков. Народ уже очухался, разобрался,  повоевал, что греха таить,и начал продовать билеты по 8 евро. Народ в очереди скучает, потому и стены густо исписаны надписями «Вася был здесь». Я тоже поддался соблазну, но что бы не портить ансамбль, я нашел запыленное место и вывел пальцем по пыли там свою имя, фамилию, город, и (да, я оптимист), год. Да, надпись пылью не самый долговечный способ, но думаю надписи уничтожают чаше чем моют в недоступных местах. Посмотрим.

На самом верху большая обзорная площадка, обнесена антисуицидной решеткой ( на полном серьезе, ее поставили после того, как народ приобрел нехорошую привычку при малейших проблемах в личной жизни сигать с самой вершиы). Страно, например я бы пригал с первого уровня, там и удобней, и при падении об стальные конструкции не ударишся. Впрочем, я бы и прыгать тоже не стал. Кто их поймет...Пожалуй, самоубийцу решетка не остановит, но жизнь осложнит основательно. На это наверное и расчитана, они как раз усложнять себе жизнь не любят.

Антисуицидная решетка. Для сравнения приведены я (на переднем плане) и Париж (на заднем плане)

Я тут же слился с толпой «японских туристов», которые как известно гораздо больще чем туристы. Они проникают везде и всюду, и, говорят, живут в симбиозе с фотоаппаратом «Никон». Кавычки потому что помоему большая чать из них китайцы. Здесь же находится небольшой музей, восковая фигура Эйфеля в застывшей беседе с Эдисоном, там же он же беседует в авторами проэкта Морисом Кёшленом и Эмилем Нугье. Из за решетки можно наблюдать очень стройные улицы Парижа, Елисейские поля, Триумфальную арку. Тамошний Бизнесцентр, выгрядит как модель Нью-Йорка последи парка в натуральную величину. Это описывать бесполезно, это надо смотреть.

 

Вид.

При том, надо заметить, что выглядит башня несколько чужой в Парижском гламуре. Это как бы если бы железнодорожный мост пытались органично вписать в ансамбль московского кремля. Вся она в заклепках и железных полах, производит впечатления если не производственого цеха, скорее большого моста, направленого в небо. Понятно почему в свое время три сотни поэтов и писателей писали большую петицию о том что «вас тут не стояло», а башню называли чудовищной и предлагали пригласить советских пионеров, что бы те разобрали ее на металолом. А может и нет. Действительно, откуда в париже советские пионеры да еще в конце 19 века

А в тоже самое время некий тогда полковник, интелегентного вида конспектировал рушательства своих солдат что бы потом выставить вместе, а иногда и вместо доводов, что башня есть идеальное место для радиопередач и военным она необходима, а всякие интелегентные штатские могут катится к такой то матреи со своими вкусами. Помогло.

Умом я конечно могу их  всех понять. Действительно, как символ Парижа он мягко говоря не катит, париж совсем другой, гораздо менее функционален, что ли. Но сердцем... Никто из всей этой творческой интилегенции не способен оценить изящность инженерного решения, всю красоту замысла и мастерство исполнения.

Они по сравнению со мной они наверное более ущербны. Ибо я могу и восхищатся картинами в Лувре, и насладится лаконичностью форм творения Эйффеля. Да и вообще, почему у какой нить Бритни Спирс есть фан клуб, а у Туполева нет? Таланта и труда в свои детища он вкладывал не меньше, а наверное даже больше. Ну это так, жалобы.

Просто фото.

А еще это маяк. Ночью четыре прожектора по очереди светят в разные концы света, натуральный глаз Саурона, не дать не взять. А еще бывает момент когда они два прожектора светят одновремено и паралельно. Таки и старина Саурон обзовелся стереозрением. Прогресс не сотановить однако

Вывод – качать ноги, ибо большие растояния уже не дюжат.

 

Вид на Барад Дур аккурат с твердынь Минас Тирита, если я  все правильно помню.

 

Повсюду французы. Это верный признак того, что я во франции. Они ходят вокруг, смеются, здороваются, разговаривают, и потом расходятся по своим французким делам. Все вокруг какое-то неуловимо фрагнцузкое. И так на многие мили вокруг. Наверное тоже самое ощущал Раевский под Бородино.

Я точно знаю как все это будет называтся: «Исследования французкой культуры на благо славного народа Казахстана». И не говорите мне о плагиате – это моя одна пятнадцатимилионная часть акцызы за использование марки «народ Казахстана». И еще я точно знаю какой будет эпиграф:

 

Жюль: А как тогда они называют биг-мак?

Винсент: Ну, биг-мак — он и в Африке биг-мак.

Только по-ихнему это будет лё биг-мак.

Квентин Тарантино. Криминальное чтиво

 

Исследования французкой культуры на благо славного народа Казахстана

 

Мир вокруг изменился, кто-то говорит, что изменился и я. Был веселее, жизнерадостнее, упитанее (что верно), говорят изменился у меня и стиль речи. Я отношу все это за счет издержек слепой печати, так как русской клавиатуры нет, и не предвидется. А французкая отличается от английской положением нескольких букв. Слепая печать у меня получается довольно не плохо, хотя главное правило, которое я выработал опытным путем при слепой печати это ничего не печатать, береч невры.

Кстати, о буквах. И о французах.

Они, то есть французы, очень любят писать буквы, при этом не любят их читать. Например в слове beaucoup чертово количество букв, при этом читается как «боку», четыре звука. Последние буквы французы не читают принципеально, а когда читать все таки надо они ставят над буквой специальный знак, похожий на домик. Этот знак сигналит французу, что хочешь не хочещь а читать придется. И француз читает, хотя ему это не нравится. Понятно как образовался такой стиль речи- французы говорят быстро, что несколько не вяжется с неторопливым укладом местной жизни.

И француз, который думает, что говорит по английски, совершает ту же ощибку. Он забывает, что буквы надо читать, они специально для этго и созданы. Понять его речь можно только включив сложный ассоциативный ряд с включением туда английской писмености и французкого темперамента. Впрочем, не мне, с моими убогими лингвистическими навыками судить. Мой английский только немцы и понимают.

С немцами, кстати, каритна другая. Они разговаривают на английском, как в былые времена строили танки: очень основательно, я бы даже сказал старательно донося до клиента смысл, так что не увернешся.

 

Рис 1 Панзер как илюстрация немецкой основательности.

А вот французкий язык, это нечто особенное. Может это связано с моими представлениями, но у меня всегда этот язык ассоциировался с модными салонами, последними показами и прочей мишурой. Так вот, оказывается на нем вполне можно торговатся на рынках, и даже матерится (est merde). Я смотрел фрагмент «тачку на прокачку» на местом варианте МТВ. Когда самого жлобского вида негр изясняется на французком у меня случаются всякие когнитивные диссонансы(с). Девичей голос, который в трамвае остановки объявляет, даже не объяаляет, а нашептывает их. У меня в голове возникает сразу «горячая линия, позвони мне, только для взрослых, самые смелые желания и тд». Вот так.

Вторым по многочислености этносом здесь являются арабы. Женщины ходят с покрытыми волосами, что может не так уж и страно. Более страно, по крайней мере для меня это когда она в этом пенжабе водит машину, или работает за компютером. Опять когнетивный диссонанс.

Я со своей чисто арийской внешностью органично вписываюсь в общую китайскую угрозу. Она здесь представлена в основном интелегеного вида студентами, потому, здесь выражена не ярко.

Еще пара фактиков из серии их нравы: обеденый перерыв тут длится два часа. По воскресениям девяносто процентов магазинов закрыты. Что бы просто купить поесть нужно проехать несколько кварталов! Вот тебе и колыбель капитализма. Было б здесь побольше нас, китайцев, мы бы им показали что есть настоящая китайская угроза. А так, получается что в субботу по улицам шляется куча народу, зато в воскресение как после нейтроного удара. Улицы пусты и безжизнены. Что они по воскресениям делают? Я наверное испорчен советской действительностью, но кроме как похмеляются мне ничего в голову не приходит.

Зато куча аптек, в самых разнообразных точках города, постояно открытых. Это страно, лично я ем гораздо чаще чем лечусь.

А еще наглые французние жуки. Они точно знают, что я здесь человек временный, а они тут местные. И потому ведут себя соответсвенно. Плавают в моем молоке как в бассейне, неспешно периберая лапками. Впадают в спячку прямо на моей кравати. С нашими тараканами все просто – их злодейская сущность из них так и прет. Каждым движением усов он выражает «невозмещьгад». А тут весьма пасторального вида жуки, похожие на  божих коровок.

 

Рис 2 Вот он, этот усатый тип гражданской наружности.

Осмотр достопремичательностей города Нанси, куда приводят нас события можно начать с этого указателя:

 

Рис 3. Указатель.

Если с направлением на францию все ясно, тут куда не укажи не ошибешся, то с направлением на америку все несколько сложнее – если он и указывает на нее, то очень странно, через ближний восток и индию. А все очень просто – он указывает на ее местное воплощение. Макдональдс.

Чувствуется что он тут занесен извне. И работает допоздна, и по выходным, да и мне, который по французки знает только классические «же не манж па ... эн... до.. труа.. катр... сан...сис...о! сис жур». Смотри эпиграф. А кормят там так же как распротраняют демократию – ты попросил одно, тебе дали в два раза больше, зачем то добавили какой то картошки и много еще чего. В данном случае это конечно благо. В общем главный враг моего желудка.

Если пропутешествовать в направлении другого указателя то мы упремся в сандвичерию, которая символизирует по замыслу создателей этого указателя францию. Сандвичерия названа в честь сандвича, это такой бутерброд. В свою очередь названный в честь Лорда адмиралтейства Джона Монтегю, лорда Сандвича. Кроме создания собствено сандвича он между прочим известен тем, что послал все экспедициии Кука. Судя по национальности, времени и должности (лорд Адмиралтейства) особой любви к Франции он не испытывал. Парадокс истории.

Вообще, здания выще чем пять этажей не много, это обычно резиденции. Сами французы обычно живут в нечто вроде особняка, на первом этаже гараж, на втором этаже собственно апартаменты. То есть нифига они не просекают наш автолюбительский мазохизм, «сутра на астобусе в гараж».

Рис 4. Улицы города.

Стены у старых зданий еще каменные, зато у новых почти все из гибсокартона. У меня стойкое ощущение, что если постараюсь вполне могу сломать внешнею стену, ту, которая отделяеь меня от улицы. Получается из бетона там только сделаны несущие стены. Дешево сердито.С другой стороны по нашим меркам лето тут до конца сентября. А наше хреновое лето так вообще почти до декабря. Чего им собствено парится. Зато когда дождь долбит в стену звучит как водопад за стеной. Саундтрек к всемирному потопу.

 

Рис 5 Мое скромное обиталище

Собствено сам город Нанси это что то вроде нашего областного центра навроде Кустаная, провинция. Исторических памятников не много, есть большая площадь, названная в честь Станислава Лещинского, бывшего польского короля, которого после изгнания из Польши дали Лотарингию чуток поправить, дожить как сказать остаток дней. Остаток затянулся не много не мало на почти 30 лет, в ходе которых и была построена эта самая площадь. Рядом картинная галерея, тут же оперный театр. В центре статуя этого самого Станислава. Чувствуется, что он любил не только править, но и поесть тоже был не дурак. Сама площадь покрыта белым камнем и даже со спутника видна как яркое белое пятно.

 

Рис 6 Станислав и площадь имени его любимого.

 А здесь повеяло чем то знакомым. Рынок, почти такой же как и у нас, понятное дело немного почище. Непонятно что и как здесь продают, цены от магазинов не отличаются. А может просто народ здесь ортрывается, здесь можно поторговатся и сбить цену и получить массу удоволствия от простой человеческой наглости и пронырливости. В магазинах везде кассовые аппараты со штрихкодами. Как можно торговатся со штрих кодами? Кстати, на заднем плане это не большая церквушка. как что хоть как и завещал Исус, вне храма, но в непосредственой близости.

 

Рис 7 Церновь и рынок.

Вообще церкви это пожалуй единственные здания которые имеют историческую ценность. Все остальное поспешно и безжалостно сносилось что бы построить как можно больше жилых домов. Церкви опять же из экономии места состыкованы с соседнеми домами, так что нормального подобрать ракурс для сьемки невозможно. У нас в этом смысле места не в пример больше. А если зайти внутрь то тут и понимаешь что когдато шарили как нужно сделать красиво. Когда еще мир не подхватил эту дурацкую рациональность образца двадцатого века и украшали просто так, а под лепниной не скрывалась канализация или скрытая wi-fi точка. Внутри там большие колоны, но основная красота идет не от них. Свет из окон, подсвечивает пыль, а витражи расцвечивают ее в разные цвета. Получается два вида колон – одни из камня, под углом к ним, из света. К сожалению не существует таких фотоаппаратов, которые могли бы передать это великолепие. Все таки шарили когда-то как христианство в массах пиарить.

Небыкновено узкие улицы, с одностороним движением. По нашим меркам даже на переулок не тянут. И на этих узких улочках какие-то я бы сказал детские светофоры, модель эдак 1:5 от нормального. А вот цветы на балконах это красиво, у нас такого не встретишь. Климат. Мерзко-скотинантальный.

 

Рис 8 Цветы на балконах.

Весь город стоит в гиганской яме, что облегчает ориентирование на местости. Если спускаешься то двигаешься к центру, если поднимаешься, то на окраину. А там леса, довольно густые. Там, по слухам, скрывается медведь Бонжур, гроза местных влюбленых пар. Современные достижения средств коммуникаций конечно донесли до вас эту печатьную историю о любви , опасности и о вкусной и здоровой пище. Тем самым, благодаря которым теперь даже я знаю что значит кавайно, косплей, тру эмо, генту-линукс и несимитричный димитил-гидрозин.

 

Рис 9 Вид на яму.

Как и в Долгоппрудном, основная достопримечательность в Нанси это студенты. Они составляют порядка тридцати процентов населения города. Я работаю, ну или делаю вид, что работаю на факультете науки Унивиситета Анри Пуанкаре. Это большое здание в виде гиганского пончика. Внутри находится порядка 50000 студентов, 60 лабораторий, 500 человек штатного преподавательского состава и один я. См снимок.

 

Рис 10 Здание в виде пончика, я условно не показан.

А еще у меня есть собственный негр. Ну негр он и в африке негр. Только здесь их называют Лё негр. В смысле афроевропеец. Зовут Ари, фамилию не помню, хотя она у меня и записана. Помню только что согласных там раза в три больше чем гластных. Между прочим, очень толковый парень, в отличие от местного начальства. Я его вроде как консультирую. Он показывает мне результаты своего труда по иследованию неокласического переноса и ждет от меня какой то реакции. А по мне всякие когнитивные дисонансы бродят. Привыкаю, конечно.

Между прочим я тут рабскозавезеная рабочая сила, а он вполне местный европеец, который и получает наверное больше чем я. Так что как не крути, а я тут негр, а он вполне белый человек.

Рис 11 Я в кабинете. Ари условно не показан.

Вот такие конгитивные диссонансы творятся у нас, на французшине.

Вот как то так.